В связи с новостями об обвинении бывшего топ-менеджера P&G в преднамеренном банкротстве хотелось бы кратко рассказать уважаемым читателям, что это за зверь такой – ст. 196 УК РФ.
«Преднамеренное банкротство, то есть совершение действий (бездействия), заведомо влекущих неспособность юридического лица или гражданина, в том числе индивидуального предпринимателя, в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, если эти действия (бездействие) причинили крупный ущерб (сумма, превышающая 3 500 000 рублей)».
Иными словами, лицо совершает такие манипуляции с активами, которые реально могут привести к ситуации неплатежеспособности по долгам. При этом установление именно самого банкротства как юридического состояния не требуется, преступление окончено в момент истечения срока, до которого должник был обязан в соответствии с договором (ст. 314 ГК) либо налоговым законодательством исполнить соответствующие обязательства и (или) обязанности.
Преступление тяжкое, наказание уже по 1-й части включает в себя лишение свободы на срок до 6 лет.
Стоит отметить, что обвинение в подобном преступлении на практике встречается редко.
Подобная редкость обусловлена не тем, что такие действия со стороны граждан (да, статья распространяется и на обычных физлиц тоже) и управленцев редко встречаются или тяжело выявляются, а тем, что они обычно квалифицируются по ещё более тяжким составам – статьи 159, 160, часть 2 ст. 201 УК РФ.
Завершим свой обзор наглядными выдержками из, например, приговора Чкаловского районного суда Нижегородской области от 05.04.2021 № 1–1/2021:
«Вопреки мнению стороны защиты, об умысле Малова А.Н на преднамеренное банкротство ООО «..»свидетельствует заключение последовательных сделок в отношении имущества предприятия, направленных на его отчуждение, а именно – сети горячего водоснабжения и тепловых сетей, на условиях, не соответствующих рыночным условиям, заведомо невыгодных для ООО «..», без которого невозможна основная деятельность предприятия, с последующей арендой этого имущества; заключение договора абонентского юридического обслуживания с ООО «Р.», не имеющего экономической обоснованности, повлекших неспособность юридического лица в полном объеме удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и причинившее крупный ущерб его кредиторам АО «Газпром межрегионгаз Нижний Новгород», ПАО «ТНС энерго Нижний Новгород», АО завод «Полет», ООО «Интелфарм». Суд не может согласиться с суждением стороны защиты о том, что Малов А.Н. при заключении сделки по отчуждению имущества ООО «..» руководствовался исключительно интересами общества, поскольку материалы дела свидетельствуют об обратном».10316:27
